• Эксперимент
  • Идентичность
  • Судьба
  • Распад

«Россия и Украина в зеркале украинского кризиса, или Перед лицом будущего (Записки дилетанта)»

«Россия и Украина в зеркале украинского кризиса, или Перед лицом будущего (Записки дилетанта)»
В чем сходство между Болотной площадью и киевским Майданом? Можно, наверное, найти много общего и некоторые отличия, в том числе в социальном, культурном или языковом плане. Но есть одно несомненное общее качество: и тех и других люто ненавидели в Кремле. И там и там тревожное воображение рисовало невидимую руку Госдепа.
Майдан и Болотная площадь — явления родственные. Однако многие из тех, кто выходил на Болотную, поддерживают сегодня власть, а некоторые, вероятно, прошли боевое крещение в Донбассе. Так символически расходятся судьбы России и Украины.


#


Я не был на Майдане в Киеве и мне трудно представить тех, кто жил там месяцами. Вероятно, социальный портрет был бы похож на кочевавший не так давно по Москве Оккупай-Абай. Но я напрягу воображение и, рискуя ошибиться, на основании скудных данных попробую написать портрет людей, вышедших на баррикады за украинскую мечту. Что мечты не всегда осуществляются, а нередко бывают очень сильно не похожи на будущую реальность — это совсем другой вопрос. Однако и выбора у тех, кто вышел на Майдан, особого не было: власть воров становилась нестерпимой.
Так кто же они? Очень разные люди. Прежде всего, там были рядовые киевляне; западенцев было больше, чем людей с востока; говорящих на украинском, вероятно, больше, чем говорящих на русском или на суржике. Там были анархисты, либералы, националисты, безработные, домохозяйки, интеллигенты, артисты, врачи, учителя, там были «крутые» ребята, готовые дать отпор, и были мечтатели и поэты; там обитало множество людей, не очень понимающих нюансы истории и политики, но искренне пытающихся разобраться: на Майдане был организован лекторий (как на Оккупай-Абае, между прочим), и люди жадно слушали политиков, писателей, историков… Там были люди, которые поняли, что Украину предали и что «так больше жить нельзя». Киев–2014 напоминал Москву–1991. Словом, там были все, потому что Майдан — это живой срез украинского общества. «А «Правый сектор»? спросите вы. А фашисты?» Ну, понятно, «фашисты», это те, кто нам не нравятся! Очень странные фашисты, если они рвутся в демократическую, супертолерантную Европу. Хотя, конечно, не исключено, могли быть и люди с фашистскими взглядами. И русофобы. И антисемиты. А где их нет? Вот бывший «народный губернатор» Донецка Пономарев — экс член РНЕ. Или Игорь Иванович Гиркин-Стрелков крайний националист и крайний «патриот» из прохановской когорты. Видимо, из тех самых «патриотов», о которых высказывался Лев Толстой. Очевидно, крайний национализм и крайний «патриотизм» и есть фашизм?
Но все каналы российского телевидения дружно заявляли, что на Майдане «фашисты» и «бандеровцы». Однако «фашизм» слишком страшное слово, слишком однозначное, кровавое, «чума XX века», и в этом стоило бы разобраться подробнее. Не доверять слепо диффаматорам и софистам Дмитрию Киселеву и К?. Посмотреть, где на самом деле фашизм. Скоро, кстати, век со дня образования первой фашистской партии, а мы еще не определились с терминологией. Честно сказать, я не понимаю, почему: случайно или по какому-то злостному умыслу?


Тоталитаризм. Три родственные ветви:
фашизм, нацизм, коммунизм (большевизм, сталинизм)


Обсуждение этой отдельной темы увело бы нас очень далеко от вопросов, которым посвящена статья. Поэтому будем кратки. Есть базовые черты тоталитаризма, почти в одинаковой мере присущие всем трем его дочерним «измам»: это чрезмерное государство, власть, осуществляющая полный контроль над всеми аспектами жизни общества и человека. Правда, вызывает определенные ассоциации с нынешним моментом? Но неполные. Тоталитаризм — это когда есть одна партия и когда власть одобряют все 100 % населения (или 99,99%). А когда есть несколько игрушечных партий, оппозиция вроде бы существует, но совершенно виртуально, народ потешают «сыновья юристов» и «православные коммунисты» вроде Зюганова и Жириновского, и поддерживают власть только 80 % населения (а бывает и 60), — это уже авторитаризм, да еще якобы просвещенный.
Итак, для тоталитаризма характерна власть, стоящая над законом (вариант: хитроумно обходящая законы или принимающая их «под себя»), ликвидация или ограничение прав и свобод граждан, репрессии в отношении инакомыслящих, милитаризм, полное или частичное подавление СМИ, поиск внешних и (или) внутренних врагов. Наконец, часто, но не всегда — ксенофобия и крайний национал-патриотизм.
И где все это на Украине? Где подавление, огосударствление СМИ? Отсутствие оппозиции? Массовые репрессии? Сильное государство, подавляющее общество? Где, наконец, диктатор? Чтобы отыскать соринку в украинском глазу, заговорили об антисемитизме. Так вот, в СССР, стране государственного антисемитизма, Украина была действительно самой антисемитской республикой. Но с тех пор антисемитизма в Украине стало много меньше, а политического нет вовсе.
«Зато есть бандеровщина и бандеровцы, скажут пропагандисты с российских телеканалов. — Бардеровщина и есть украинский фашизм». Ой ли? Всю жизнь мы восхваляли и поддерживали национально-освободительные движения и, соответственно, национально-освободительную борьбу. Так что же, борьба против англичан и французов — прогрессивная, а против Красной империи — крайнее зло? Но что это как не идеология и политика двойных стандартов? Нам с детства внушали особенную, советскую, сталинскую версию истории, и мы верили. Но должна же, в конце концов, открыться историческая правда во всей ее противоречивости и полноте! Ведь мы — не манкурты, не зомби!
Прежде чем говорить о бандеровцах, поговорим… об антоновцах. Эти-то уж точно русские мужики, наши! Их грабили, убивали, сжигали деревни, продотряды дочиста — до свирепого голода! — изымали урожай, против них впервые и, кажется, единственный раз в мировой истории против своих граждан, использовали химическое оружие — и они бандиты? Не имели права на самозащиту? О, они не были паиньками, они расстреливали пленных комиссаров и красногвардейцев. Но, кажется, Новая Россия их оправдала. Да и как не оправдать? За что судить? Они ведь — жертвы… Их отчаянная борьба — только самооборона…
Если говорить о бандеровцах честно, не следует вырывать отдельные факты из общего контекста истории. Все было. Много черных страниц? Да. Были преступления? Да. И все же они — жертвы. Как и многие тысячи, миллионы людей, попавших меж жерновов истории. Под красно-коричневое колесо. Террористы? Да, Бандера был террористом, когда, в частности, руководил убийством польского министра внутренних дел Перацкого. Ну а борцы с терроризмом? Когда подложили взрывчатку под джип прекратившего борьбу и эмигрировавшего в Катар Яндарбиева? Или отравили полонием бывшего майора КГБ Мельниченко? Да и взрывы домов в Москве. Недавно я слушал передачу радио «Эхо Москвы». Так вот, 90 % слушателей проголосовали за то, что к этим взрывам были причастны спецслужбы. Да и как иначе объяснить странную историю с обнаруженной закладкой гексогена в Рязани? Не буду ссылаться на множество источников. Но вот один: писатель с одиозными взглядами А. Проханов, ныне очень сильно востребованный властью. Изображая фейерверки взрывов в Люблино (роман «Господин Гексоген», премия «Национальный бестселлер»), он прямо указывает на силы из спецслужб, решившие привести к власти «Избранника», который должен заменить «Истукана». О, хитер старый генштабовский соловей, громкоголосый бард Пятой Империи! Молодой «Избранник», облаченный в белоснежные одежды, ни сном ни духом не подозревает, какие вокруг него — и ради него — кипят страсти. И гремят взрывы.
Одно из двух главных обвинений против бандеровской организации, то есть против украинских националистов: сотрудничали с гитлеровцами. Но это обвинение — исключительно плод сталинской пропаганды, которая ни в чем не уступала геббельсовской. На каком-то этапе истории украинские националисты действительно рассматривали гитлеровцев в качестве потенциальных союзников. Но, опять же, а мы? Разве пакт Молотова-Риббентропа не был фактически союзническим договором о разделе сфер влияния?
В действительности бандеровцы сражались против немецко-фашистских оккупантов. Может быть, не очень активно, но это совсем другой вопрос. Они, правда, сражались и против советской армии — аж до 1953 года, точно так же, как лесные братья в Прибалтике. Но ведь это и была национально-освободительная борьба? Быть может, неразумная, бессмысленная, безнадежная — но, хотя бы отчасти, справедливая. Они помнили рукотворный голодомор на Украине 1932–1933 годов, во время которого погибло от 4 до 6 млн. человек. Цифры, вполне сопоставимые с жертвами Холокоста (6 млн.) и потерями Украины во время Великой Отечественной войны. Они помнили варварскую коллективизацию в 1939–1941 годах после советской оккупации Западной Украины, они не забыли массовые депортации, они видели, как пограничники с красными звездами расстреливали крестьян, пытавшихся из-за голода переплыть через Буг. Почему же они обязаны были любить Советскую власть? Это странная логика признавать зверства Советской власти (сталинского режима; что одно и то же), но продолжать считать преступниками тех, кто пытался сопротивляться этой власти.
Другое обвинение: бандеровцы якобы участвовали в гитлеровском геноциде евреев. Вопрос этот очень противоречиво излагается разными историками — от наличия в бандеровской армии еврейских подразделений и спасения целых семей до массовых убийств. Очевидно, и в одних, и в других утверждениях присутствует немало пропаганды, а факты противоречивы — разные партизанские командиры могли вести себя по-разному. Поэтому оставим детали историкам. Официально, на уровне руководства движением, украинские националисты в геноциде евреев никогда не участвовали, а, начиная с 1943 года, всегда решительно осуждали гитлеровский геноцид. Добавлю, что сам Бандера почти всю войну провел в гитлеровской тюрьме.
В свое время точно так же в еврейских погромах обвиняли Петлюру, но доказано, что он не был антисемитом, хотя петлюровские погромы действительно имели место. Во время гражданской войны на Украине произошло примерно 400 еврейских погромов. Из них около 100 — петлюровских, 100 — красных (в основном буденовских) и 200 — деникинских (белоказачьих). Так что давайте оставим этот вопрос объективным историкам.
Можно бы еще много написать о бандеровском движении, но это не моя тема — я только хотел показать, что это было обычное национальное движение и что все его черные и белые стороны во многом предопределены не только внутренними факторами (идеология, ментальность, лидеры и т. д.), но и внешними (исторические условия и — шире — история Западной Украины).
В истории редко можно найти одноцветных (только белых или только черных) героев. У Украины они такие, каких ей позволила иметь ее многострадальная история. В конце концов, Бандера — истинный украинский патриот, его нельзя рисовать одной краской. А что, Чапаев, Щорс, Котовский, Буденный, Тухачевский, Сталин, Ленин, Шкуро, белые атаманы, Деникин, Врангель — все исключительно положительные герои? А Богдан Хмельницкий? Просто российская историография тщательно замалчивает его преступления. Наконец, еще одна пикантная деталь: «террорист» Бандера был убит посредством теракта агентом НКВД Богданом Сташинским в 1959 году в городе Мюнхене выстрелом из пистолета-шприца зарядом цианистого калия. Время, как вы понимаете, было мирное. Ну и кто тут больше террорист? А ведь и Петлюра был убит террористом по наводке НКВД.
Очень странно называть украинцев бандеровцами, как это делали наши телепропагандисты. Пришивать целому народу отрицательную коннотацию только потому, что он имеет собственное мнение о своем будущем. Никому ведь никогда не приходило в голову идентифицировать русский народ с власовцами. Хотя, по большому счету, власовская армия была порождена сталинизмом не меньше, чем гитлеровцами.


#


У нас очень часто говорят, обычно с нескрываемым удовлетворением, что Украина — неудавшееся государство, к тому же неоднородное, с большими межрегиональными различиями. С этим нельзя не согласиться. Страны Восточной Европы и Балтии сразу определились, провели реформы, побежали в ЕЭС и НАТО, а Украина почти четверть века «болталась» между Востоком и Западом, растила своих олигархов, нищала, страну разворовывали и растаскивали региональные кланы, росла и достигла циклопических размеров коррупция. Но вот, наконец, Украина достигла дна и попыталась встать на ноги, настал момент истины. И сразу сделалось ясно, кто есть кто. Кто друг, а кто враг. Не только памятники Ленину полетели с пьедестала, советское прошлое полетело…
А мы — за частную собственность и вроде за свободу, но с Лениным и Сталиным? А может, поставим монументы: одна половина лица — Ленина, а вторая — царя-батюшки? И назовут потомки этот архитектурный стиль «путинская эклектика»!
Некоторое время назад в Интернете загуляли стихи одной украинской поэтессы, что русские и украинцы больше не братья. О, еще какие братья! Ведь и Каин с Авелем — братья. Помню, в конце семидесятых в Польше мне рассказывали анекдот: «Русские и поляки братья, но не друзья. Потому что друзей выбирают сами, а братья — какие есть».
У Украины был выбор: ассоциация с ЕЭС или Таможенный Союз. Вероятно, в краткосрочной перспективе Таможенный Союз был предпочтительней: российский рынок более доступен для украинских товаров. К тому же кредиты и скидки на газ. Но украинцы — их большая часть — пошли за мечтой. Захотели демократию и европейские стандарты: права человека, разделение властей, независимый суд. А брату стало обидно…
Ведь не только Украина, но и Россия, увы, неудавшееся государство. Только у нас есть нефть и газ, и еще — чуть лучше кадры. Во все времена лучших специалистов забирали в Москву. И большая часть советской фундаментальной, да и отраслевой науки концентрировалась в основном в Москве и Ленинграде.
Но, по большому счету, мы не построили демократию, потому что демократия — это, прежде всего, сменяемость власти. Хорошей, плохой любой. Чтобы не обрастали «своими», чтобы не заплывали мозги, не зашоривались, не уверовали в незаменимость и вседозволенность. Демократия — это действительная многопартийность, разделение властей, независимый суд, свободные СМИ, настоящий парламент и много чего еще. Мы много говорили о модернизации, но модернизация не удалась. Может, мы потому и затеяли конфликт с Украиной, чтобы вину за неудачу модернизации свалить на Госдеп?
Так что — братья. Только украинцы решили идти за мечтой на Запад. И у них есть шанс. Мы же пока в изоляции. Мы теряем годы, жизни, надежды… Мы упорно не хотим замечать, что с нами происходит. Или боимся признаться, сказать вслух? Увы, автаркия никогда, никому не приносила ничего хорошего.
Я помню, какой переполох и даже испуг вызвала в Кремле первая Оранжевая революция в Киеве в 2004–5 году. Хотя в тот момент, казалось, пугаться было совершенно нечего. В России все было стабильно, рейтинг высок, нефтяные цены росли… И вот, совершив круг, история почти повторилась. Только теперь народ, его бoльшая часть, оказался настроенным значительно более решительно. И снова острый испуг, ненависть, почти истерика в Кремле, тотчас аукнувшиеся на телевидении. Так чего же они боятся? Что вызывает их раздражение? Что украинская «зараза» может прийти в Москву? Или — что Украина больше не хочет оглядываться на Москву, не хочет признавать, что есть некая негласная российская сфера влияния, и она, Украина, входит в эту сферу, то есть не вполне суверенное государство? Или — гипотетического приближения НАТО? Наверное, всего вместе. Удар по имперским, империалистическим амбициям оказался слишком сильным. Развился синдром брошенного жениха. Тут бы задуматься, отчего это произошло. Но сегодняшний Кремль едва ли способен к вдумчивому, глубокому анализу. Он мыслит совсем иными категориями. Он не хочет признать, что украинский народ выбрал мечту о свободе. Ему проще, удобней сделать вид, что происходит подавление русского языка, что на Украине русофобия, что — «фашисты». Они хотят приватизировать победу и сделать историю плоской.


О защите русских


Есть много случаев, когда русских, русскоязычных людей надо защищать. И это великая обязанность России. Вот Туркмения, где при Туркменбаши у русских стали отнимать квартиры. И что Москва? Предпочла закрыть глаза, подписав договор о поставках туркменского газа. Подобные же случаи имели место в Абхазии.
После распада Союза происходило массовое бегство русских людей (украинцы и белорусы в центрально-азиатских республиках, да и на Дальнем Востоке, чувствуют себя русскими) из Центральной Азии, меньше — из Казахстана. Оказывали действенную помощь этим переселенцам? Кое-что делали, но исключительно мало. Большинство русских, вернувшихся на этническую родину, не получили никакой помощи. Но особенно вопиющая обстановка сложилась с беженцами из Чечни. Несколько сот тысяч в основном русских людей вынуждены были бежать, бросив свои дома и имущество в Чечне, мыкаться годами; да и из дружественной Абхазии, где направо и налево раздавали российское гражданство. Это как? Наша власть думает о русских? Почему-то она предпочитала защищать русских исключительно в Прибалтике, где действует конвенция о национальных меньшинствах. Но именно из Прибалтики русские не хотят ехать в Россию. Теперь вот — озаботились судьбой русских в Украине, где русского от украинца не отличишь. В русскоязычном Крыму, где 96 % школ были русскими. Или в Донбассе. Но в Донбассе живет в основном смешанное население. Промышленное освоение Донбасса, тесно связанное с именем англичанина Юза (Хьюза), началось во второй половине XIX века. В Донбасс устремлялись десятки тысяч русских и украинских крестьян, этнически и культурно очень близких, образуя в некотором роде новый народ: русско-украинский, смешанный. В Донбассе русские и украинцы давно перемешались, там никогда не было и не могло быть вражды между русскими и украинцами. И не могло быть никакого геноцида русских, подавления русского языка. Это примитивная пропаганда. Война идет в Донбассе совсем по другой линии разлома: не между русскими и украинцами. Потому что и русских, и украинцев много по обе стороны линии фронта. Обратите внимание: о русском языке наши политики и телепропагандисты давно не вспоминают. А посмотрите на фамилии министров в этой «русофобской» Украине. Министр иностранных дел Павел Климкин,выпускник МФТИ, постоянный представитель в ООН Юрий Сергеев… Гражданская война не в Украине, расколоты русские… Разруха в наших головах…


Крым


Возможны два подхода к проблеме Крыма: бытовой и международно-правовой.
С бытовой точки зрения большинство жителей Крыма действительно предпочитали жить в России, и имелись немалые демографические и исторические основания для перехода Крыма под юрисдикцию России. Я не имею в виду «референдум». Едва ли голосование в условиях фактической оккупации, при наличии вооруженных людей, оголтелой пропаганды, при отсутствии международного контроля можно принимать всерьез. Обычные «чуровские» выборы. Но все же, видимо, значительное большинство действительно высказалось за присоединение к России. Уж больно надоела украинская разруха…
Однако с международно-правовой точки зрения захват. Референдум не может быть признан законным. Мало того, это вообще экспромт. На протяжении 20 с лишним лет Россия не ставила вопрос о передаче Крыма, подписывала соответствующие договоры (Российско-Украинский Договор 1990 года, Соглашение 1992 года, Трехстороннее заявление Президентов России, США и Украины от 14 января 1994 года, Будапештский меморандум о гарантиях безопасности в связи с присоединением Украины к договору о нераспространении ядерного оружия от 5 декабря 1994 года и другие) — и вдруг… Надо сказать, что гарантами территориальной целостности Украины в связи с ее отказом от ядерного оружия выступали и США, и Великобритания. Выходит, не только Россия, но и США с Великобританией не выполнили свои обязательства. Нет, так международные дела не делаются. Подобные односторонние действия повергают всю систему международных отношений в первобытный хаос. Получается, что все решает только сила. Это был удар по всей системе нераспространения ядерного оружия, по всей системе международных отношений, сложившейся в результате двух Мировых войн и переосмысления прошлого кровавого опыта человечества. Запад просто не мог — не очень хотел, но не мог не отреагировать. Показательно голосование в Генассамблее ООН: 100 стран осудили оккупацию Крыма против 11, среди которых либо зависимые от России, либо международные изгои.
Сегодня Украина все больше отдаляется от Крыма (через соответствующее законодательство, в том числе недавний закон о СЭЗ), но Крым нуждается в Украине. Через нее идет снабжение водой, хотя Северо-Крымский канал практически перекрыт, и электроэнергией; продовольствие тоже на 90% поступает в Крым из Украины. Россия в лучшем случае сможет построить мост из Тамани к 2020–2022 году. Но это очень дорогостоящий проект и еще неизвестно, будет ли он осуществлен. А до того? В Крыму сильно, значительно сильнее, чем в остальной России, выросли цены; количество отдыхающих, несмотря на все усилия, сократилось вдвое; нарушено авиасообщение; жители Крыма не могут поехать за границу; не работает банковская система — кто-нибудь просчитывал цену экспромта? А сколько денег должна потратить Россия? Ну, это наше всегдашнее: мы за ценой не постоим. Но в цену входит и разрыв с Украиной, действительно братской, что бы ни говорили наши теле- и прочие пропагандисты. Разрыв как минимум на десятилетия. А ведь в современных условиях, при развитии коммуникаций, культурных связей, международной торговли и обменов, идея «приращения земель» выглядит атавизмом. Это — из XVIII–XIX века! Вот что действительно страшно: наше мышление, наше видение мира повернуто исключительно назад. Исключительно по-империалистически-коммунистически: сферы влияния, главный враг США, международное право должны соблюдать слабые, ложь — оружие правды…
Давно известно: завязывать узлы намного легче, чем развязывать. Какая бы власть ни была в России в будущем, она не сможет просто отдать Крым. Нельзя играть судьбой полутора миллионов крымчан. Но, с другой стороны, это не такой вопрос, который можно решить в одностороннем порядке, чисто силовым, волевым методом. По-видимому, после того, как пройдет этап эйфории и шапкозакидательства, должна будет начаться неизбежная работа и по широкому урегулированию отношений с Западом, и по полному разрешению российско-украинского кризиса (в том числе по мирному решению проблемы Донбасса), и по восстановлению отношений с Украиной. Только в рамках общего широкого урегулирования можно будет, я надеюсь, решить и проблему Крыма. Очевидно, потребуется новый референдум под международным наблюдением. Я не исключаю, что в рамках международных соглашений на части территории полуострова в какой-то форме произойдет восстановление крымско-татарской автономии.
Но если присоединение Крыма (в том числе с учетом проблемы Черноморского флота) хотя бы понятно — не могу сказать «верно», но есть определенные логические доводы в пользу такого решения, то с православной Грузией-то зачем так? Никакого смысла создавать врага и вешать себе на шею две пиратские недореспублики я не вижу. Сначала хотели отомстить Шеварднадзе («Ты развалил Советский Союз, так пусть теперь развалится твоя Грузия!»), потом Саакашвили? Что, политика делается исключительно эмоциями? Геноцид? Геноцид был не в Южной Осетии в 2008 году, а в Абхазии в 1992 93 годах, когда погибли тысячи грузин, когда отрезанными головами грузин играли в футбол.
Между тем, Советский Союз развалил не Шеварднадзе. Это объективная неизбежность, что империи разваливаются. Но если с объективных причин, с научного анализа переходить на личности, то вовсе не Шеварднадзе разваливал Союз, и даже в основном не Ландсбергис и Гамсахурдиа, а Б. Н. Ельцин и господа-товарищи российские депутаты, чуть ли не единодушно проголосовавшие (кроме шести) за Беловежские соглашения.
Выходит, что Россия сама, своими руками, значительно ослабила собственные позиции в Закавказье. Зачем? Ради чего?
А между тем, если Россия хочет играть важную роль в регионе Большого Ближнего Востока, то ключевой союзник у нее в Закавказье — именно Грузия. Азербайджан и Армения слишком заняты взаимным противостоянием.


Новороссийский узел


Итак, в аннексии Крыма присутствовала некоторая, пусть и сомнительная, логика. Хотя бы обеспечить базу Черноморскому флоту. А с Новороссией? С Донбассом? Донбасс — это жалкий, да еще и кровавый осколок большого и «красивого» имперского замысла. Ведь прежде чем происходит событие, его кто-то планирует, обсуждает в высоких кабинетах, «проталкивает» на самом верху. Я не вхож в эти кабинеты, могу пользоваться только открытыми источниками и слухами. Или додумывать. Потому и дилетант.
Так вот, по слухам, которые я, конечно, не могу проверить, но которые кажутся близкими к истине, карта Новороссии была «нарисована» почти 10 лет назад, вскоре после первой Оранжевой революции в Украине, сильно напугавшей российских имперцев. Есть такой Институт стран СНГ, и сидят там «имперские» головы. Это им нужен в первую очередь конфликт из-за русского языка на Украине. Это они хотят возродить империю. Окружить Россию странами-вассалами или замороженными конфликтами. Собственно, дело, конечно, не в одном институте, много есть подобных «аналитиков», «прорицателей», «трибунов», еще в советское время начался симбиоз «русской партии» и коммунистической номенклатуры. Партия эта — националистов и шовинистов тем более усиливалась, чем больше вырождалась коммунистическая идея. Собственно, ничего удивительного, одна форма тоталитарного сознания перетекала в другую. Распад Советского Союза ознаменовал собой крутой поворот. Униженное имперское сознание стало особенно агрессивно; именно вокруг него началась кристаллизация разных «государственнических» течений. Фактический провал демократического проекта, временная неудача российских демократов и либералов (или тех, кто считал себя таковыми) освободила поле для традиционалистов. Маятник качнулся. В действительности маятник движется во всех странах. Но в России он имеет особенный азимут…
Итак, «государственническая», скорее даже имперская, почва предсущестовала. Именно на эту почву упали новые «обиды». Грузия, Молдавия, Украина взяли курс на ЕЭС. Что в этом плохого для России? Да в сущности, ничего. Европа — ближайший и главный партнер России, от Европы не исходит военная угроза, нам бы учиться европейской демократии, развивать культурные, экономические, образовательные, человеческие связи. Наконец, сближение с Европой бывших советских республик не наносило существенного ущерба России (возникавшие технические проблемы могли быть легко решены), но — имперское сознание было глубоко уязвлено. Нельзя сказать, что возникшие страхи были совсем иррациональны. Ведь есть Россия, российский народ, российские национальные интересы, и есть режим, узкий клуб, и интересы его членов. Как же, на Украине будут внедрять европейские стандарты — это выглядело оскорблением и угрозой. Мы в очередной раз оказались неконкурентоспособными…
И вот тут был приведен в действие план Х. Трудно сказать, насколько он был подготовлен, а насколько имела место импровизация. Но это несущественно. Нельзя даже утверждать, что действия режима были неадекватными с точки зрения его, то есть режима, интересов. Но, несомненно, чрезвычайно рискованными. Надо отдать должное Владимиру Владимировичу. Человек с железными нервами, с железной выдержкой. Ну да, это самое: «с холодной головой и горячим сердцем». Недаром он летал со стерхами, управлял истребителем, погружался в глубину моря в подводной лодке. Адреналиновый президент. Наверняка многие женщины им восторгаются, а мужчины завидуют. Пишут, что он отличается жесткой манерой ведения переговоров. Умеет жестко отстаивать интересы. Но — чьи интересы? Интересы некоторой части российской «элиты», чрезвычайно разросшегося клана. Хотя я бы предпочел иной термин: не «элиты», а «новой номенклатуры».
Да, никакой необходимости играть на обострение не было. Но геополитика затягивает. Объяснить российскую политику «в Новороссии», пожалуй, легче, оперируя не политическими и тем более не экономическими категориями, а подходя с позиций психоанализа. Впрочем, не все направлялось сверху. В России давно ждали своего часа «псы войны» те самые, что воевали в Сербии и в Абхазии, «последние солдаты империи». Да, есть партия войны, со своими газетами, активом, инфраструктурой, писателями. До последнего времени эти люди считались маргиналами, но сейчас они кое-что доказали. А именно, что власть, борющаяся с либералами и демократами, неизбежно должна будет прибегнуть к их услугам. У власти могло быть несколько побудительных мотивов, и это, наверное, не главный, но важный: если нельзя остановить «патриотов», их следует возглавить. Крым — это не просто аннексия, Крым — это пробуждение империи…
Какие могли быть побудительные мотивы у российской власти разыграть «военно-революционный», вернее, контрреволюционный сценарий? Страх перед Украинской революцией? Точно так же феодалы всей Европы пытались в свое время душить французскую революцию. Страх перед НАТО? Что новая Украина захочет вступать в альянс? А значит, нужно создать ей такие территориальные проблемы, чтобы ее туда не приняли. Я не думаю, что рационально мыслящие люди в Кремле очень боятся НАТО. Это довольно рыхлый и сугубо оборонительный блок, который, если и отваживается на активные операции, то исключительно на периферии, тщательно избегая жертв. Тогда что же? Скорее всего, имперская логика. В Кремле привыкли считать, что все, что происходит на постсоветском пространстве, он должен контролировать, что это — сфера его интересов. Решительные прибалты сумели «сбежать на Запад», пока Россия была в раздрае. Украина же почти четверть века не могла определиться, теперь за это приходится платить очень высокую цену.
Идея «Новороссии» возникла так же, как в свое время идеи независимой Абхазии и Южной Осетии, Приднестровская Молдавская республика, как появилось казачье движение и разные интерфронты в Прибалтийских республиках. Некие силы — и лицемерно левые, и махрово-правые (часто это одни и те же движения, налицо феномен сращивания левых и правых имперских сил, образования некоего красно-коричневого коктейля) стремятся использовать проблемы русских как бывшей имперской нации. Причем интересы простых русских людей этим силам, играющим в разные геополитические и имперские игры, глубоко чужды. Они мыслят иными категориями: думают не об отдельном человеке, но исключительно об империи. Люди для них лишь пушечное мясо.
Что еще заставило пойти на обострение? Ненависть к Западу, особенно к США. Вроде бы мы уже не враги, учимся у них, перенимаем, правда, не слишком успешно, премудрости рынка, посылаем туда своих детей, где-то в нас даже сидит низкопоклонство, но одновременно, где-то в подсознании, старая заскорузлая ненависть или зависть. Комплексы… В спокойное время комплексы придавлены разумом. Но вот на Украине произошла революция, граждане не захотели больше терпеть коррумпированный, воровской режим — и комплексы вырвались из подсознания…
Итак, план Х был приведен в исполнение. Но взорвался один Донбасс.
Почему?
Как известно, рвется обычно самое слабое звено. Донбасс, вотчина Януковича и Партии Регионов, был поражен не только коррупцией, но и круговой порукой, здесь нельзя было занять ни один пост, не вступив в Партию Регионов. Здесь милиция давно разложилась, давно была связана с криминалом, который был особенно силен. Писали, что именно здесь коррумпированные таможенники были связаны с российскими коллегами, а СБУ с российскими спецслужбами. Здесь присутствовали разные российские «патриотические» структуры. (Я писал уже, что «народный губернатор» Пономарев — бывший член РНЕ.) Здесь заранее были созданы все условия. Именно сюда сразу после Крыма устремились бывшие сотрудники газеты «Завтра» полковник госбезопасности Стрелков и Бородай. Когда местная шпана начала захватывать здания администраций, милиция не сопротивлялась. А дальше сплошным потоком потекли авантюристы из России. Не будем скрывать, на помощь авантюристам в решающий момент пришла российская армия. Есть слишком много доказательств. Еще писали: донбасское варево стряпалось на деньги Януковича…
Почти не вызывает сомнений, что идея «федерализации» Украины, то есть на самом деле конфедерализации, превращения в недогосударство, в рыхлый, плохо управляемый конгломерат областей-княжеств со своими царьками, родилась в Москве. Это был бы жирный крест, поставленный на несчастной Украине, тупик…
Я не могу писать о военных действиях. Всякий следящий за событиями знает о них не хуже меня. Но что ждет Донбасс, эти никем не признанные ДНР и ЛНР?
Начнем с того, что и раньше это не был процветающий регион. И вовсе не донор Украины, как нам внушали. Дело в том, что Донбасс — старый угольный район, еще с XIX века, и большинство шахт давно истощилось. Они продолжали существовать только благодаря дотациям. Это была хорошая статья дохода для местных олигархов. Люди, лишившиеся работы, занимались сбором угля в заброшенных шахтах. По утрам сотни грузовиков везли этот уголь на якобы действующие, вернее, на истощенные, но все еще действующие шахты. Потом этот уголь сдавали, получали субсидии… Понятно, что производительность труда была очень низкой и постоянно снижалась, что Украина ежегодно несла убытки в сотни миллионов долларов. Такая вот экономика: страна разорялась, олигархи богатели, люди влачили жалкое существование. Казалось бы, все условия для социального взрыва, но шахтерские профсоюзы не поддержали сепаратистов: они знали, что такие же шахты в Ростовской области давно закрыты. Они, по-видимому, вполне осознавали последствия сепаратизма.
И что теперь? Занятые сепаратистами территории сильно разрушены, возникли большие проблемы с водоснабжением, часто нет электричества, производство стоит, люди не получают зарплаты и пенсии, нет денег, банки не работают. Кто должен платить пенсии? Украина? Россия? Сепаратисты? Но они мало что умеют, и денег у них нет. Они умеют только грабить. Все пришло в негодность. Но даже ту продукцию, что производят — куда? В России не нужен донбасский уголь и металл, есть свои. Украина может купить в другом месте. Действует экономическая блокада. Это можно было предвидеть заранее, просто сепаратисты и их покровители думали о другом. Регион обречен на разруху, население — на голод. Кстати, и сотни тысяч беженцев — в России и на Украине — живут не намного лучше. Выходит, семь миллионов людей принесены в жертву. Зачем? Во имя чего? Ради сказки о фашистах? Чтобы навредить Украине, которая решила поискать счастья? Очевидно, что гуманитарные конвои — это только капля в море. Кстати, для информации: на выборах глав самопровозглашенных ДНР и ЛНР избирателям предоставили возможность дешево купить картошку и морковку. Такова цена самопровозглашенной «демократии»?
Очевидно, что эти две самопровозглашенные республики нежизнеспособны и ничего, кроме страдания и смертей, принести населению не могут. Что дальше? Россия будет кормить их вместе с Абхазией и Южной Осетией? Плюс, вернее, минус из бюджета Крым. А цены на нефть и газ падают катастрофически, и рубль тоже. И это называется эффективной геополитикой? Или предоставим жителям Донбасса голодать?


Угр<